— Кажется, сегодня была твоя очередь готовить завтрак?- он крепко сжал вторую ягодицу.
— Уй! Мне мама разрешила ее подменить.
Знаю, я как ты ее уговаривала, - подумал Джерри. С тех пор как вместе со старым миром пропали и запреты, он выяснил, что жена и дочь подходили друг другу как два соседних кусочка пазла. Бет обожала анальный секс, в том числе аннилингус, а Саммер была помешана на вылизывании задниц, и к своим 18 годам стала в этом настоящим экспертом. Даже он, прохладно относящийся к прикосновениям к своему анусу, оценил запал, с которым дочка ныряла в него языком.
— Значит, моя дочка-шлюшка с утра не только отсосала, но и отлизала?
Саммер мурлыкнула, когда при этой фразе, он ухватил каждой рукой по половине задницы.
— Да, папочка, я теперь хорошая девочка и все делаю для своих папочки и мамочки! Тебе же понравилось, как я разбудила тебя.
— Не буду спорить!- он стряхнул ее с коленей, в этот раз, придержав, чтобы она не бухнулась на ковер как в первый раз.
— Марш душ, -скомандовал он. И добавил, увидев, что Саммер направилась к двери в ванную в мастер-спальне, - В свой душ.
— Ну, Пап! Я не буду приставать!
Грозно насупленных бровей хватило, чтобы Саммер опрометью метнувшись к валявшимся на полу брючкам, исчезла из спальни.
— Дорогая! Я проснулся!
Доброе утро, Джерри, - Бет встречала его на кухне в одной футболке. Подол был настолько коротким, что только чуть-чуть прикрывал шерстку внизу живота жены, а сзади не оставлял места для фантазии.
Впрочем, Джерри поторопился с выводами: на Бет было два предмета. Вторым был грубый собачий ошейник. Этого он на ней еще не видел. После того как мир изменился и Джерри стал героем, Бет себя страшно казнила за то, как относилась к нему раньше.
Она постоянно просила шлепать ее, бить во время секса и просто так. И вот: ошейники, она сгребала их во время рейдов на торговые центры и меняла под настроение.
Бет поцеловала его и легла грудью на стол, расставив ноги. Джерри с удовольствием помял упругие ягодицы, но запала на секс не было.
— Джерри! Я же просила тебя! Шлепай меня с утра, чтобы место помнила!
— Бет! Ты опять?
— Да, опять! Потому что не шлепал!
Джерри с рычанием выбежал в гостиную, где на почетном месте над телевизорами висела блестящая от полировки бита для английской лапты, которую он забрал из дома скроненбергнувшегося соседа в самом начале кризиса. Пока он не обзавелся лучшим оружием, она служила ему верой и правдой, и сейчас ухоженная висела на видном месте как родовой меч в замке феодала.
— Джерри, - Бет появилась в гостиной, чтобы что-то сказать ему, но увидев его лицо и биту, остановилась, будто ударившись о невидимую стену.
— В позу, стерва!- прорычал Джерри.
— Да, дорогой, - с изрядной долей страха, ответила жена.
Впрочем, муж не собирался ее калечить, просто хотел преподать урок, который она не забудет.
Он хорошо знал, что плоская бита в его руках при ударом ребром легко ломает кости монстров, и потому даже работая плашмя, сдерживал силу удара. Удары получались сочными, разносящимися по всему дому под сначала испуганное, потом довольное оханье Бет.
— Так тебя нужно шлепать? Так нужно твоей заднице?
— Да, - успевала отвечать жена между ударами, - так и нужно, обожаю тебя!
Джерри почувствовал, что уже готов осчастливить и жену вслед за дочерью.
— Ну, что довольна твоя задница? Выпорота и отлизана? Что ты за мать такая, которая дочь использует как жополизку?- начал она подбираться пальцами к анусу жены.