брюки, носки, и трусы. Вышел, прикрываясь ладонями.
- Ложись на кушетку.
Прошлепав босыми ногами по неприятно холодящему кафелю, а лег на протестующе скрипнувший предмет мебели.
Лена, дописав, повернулась ко мне.
- Трусы, в принципе, мог и не снимать.
Я явно покраснел.
Лена же, не обращая на это внимания, начала осмотр. Выудила из стола холоднющий («У нее там что, морозилка, что ли?!») фонендоскоп, и, приложив его к моей груди, начала мягко постукивать пальцами вокруг. Нахмурилась. Сдвинула на пару сантиметров. Снова постучала, Еще сдвинула.
Несмотря на холод, и, мягко говоря, несоответствие ситуации, я почувствовал, что мое тело отозвалось на ее мягкие прикосновения вполне традиционным образом. Какое-то время я еще мог прикрываться ладонями, но член, наливаясь кровью, упорно вставал. Через несколько секунд из-под ладоней вылезла постепенно оголяющаяся головка. Лена мельком глянула на это дело, и принялась-было вновь за работу, но потом, широко раскрыв глаза, уставилась на него.
- Ого!
Я, отчаянно краснея, пытался прикрыть упрямца. Куда там! Лапы маловаты!
- Прости. Как-то не вовремя он.
- Да ладно тебе. Вполне нормальная реакция. Бой, выброс гормонов, да и сейчас - мы одни, в закрытом помещении... - Не договорив, она протянула руку, и осторожно тронула головку пальцем.
Член, будто дожидаясь этого, окончательно распрямился во весь рост, и встал, покачиваясь.
- Да-а... Большой мальчик.
После чего встала, и пошла к двери. Я тоже хотел встать, но она жестом остановила меня. Открыла дверь, и выглянула в коридор. Тут же вернулась, и заперла дверь на замок.
- Проводить осмотр в таком состоянии будет... Несколько проблематично. Так что я предлагаю... - Она хищно улыбнулась, и одним стремительным движением сбросила с себя комбинезон медработника.
- Погоди. - Я поднял руку, останавливая ее. - Надеюсь, это не из-за брата? Не из-за того, что я... Ну... Предоставил образцы?
Лена фыркнула.
- Совсем, что ли, дурак? Секс из благодарности - это не по мне. Но да, это, в том числе и из-за брата. Ты когда на «гражданку» вышел?
- Около полугода назад.
- У тебя были за это время женщины?
- Конечно.
- А моего брата списали почти год назад. И за все это время у меня не было секса! Я не могу привести никого домой, поскольку он болен. И не могу никуда отлучиться, кроме работы. Ты хоть представляешь, что это такое, для женщины - год без секса?
- Наверное. Я десять лет без него обходился.
Она подошла к кушетке, и, присела с краю. Улыбнулась, и, протянув руку, взъерошила мне волосы.
- Баблес. Одно дело - десять лет в беспамятстве, и другое - пусть даже год, но в полном осознании.
Я привстал, и снял с нее лифик. Наружу выпрыгнули две небольшие полусферы с маленькими розовыми сосками. Поочередно огладил их, наслаждаясь каждым миллиметром ее кожи.
Лена, зажмурившись, часто и глубоко задышала. Я потянулся к ее трусикам. Она привстала, и я снял с нее последний клочок материи. Над маленькой розовой щелкой, с чуть выступающими половыми губами, виднелся небольшой аккуратный хохолок волос. Светлых.
- Зачем ты красишься?
Она открыла глаза. Посмотрела вниз.
- Предрассудки. Все считают, что если блондинка - то значит тупая. Вот и крашусь в русый цвет.
Не особо слушая ее объяснения, я осторожно втиснул между ее ног ладонь, и начал пальцами поглаживать это сокровище. Лена, пискнула, и, закусив губу, вновь зажмурилась.
- О-о, ты настолько чувствительна? - Я порядком удивился подобной реакции.
- Это из-за модификации. Повышенная тактильная чувствительность. А это - побочное, хоть и приятное, явление. Да не останавливайся ты! Я же взорвусь сейчас! - Простонала она.
Хм-м... Однако такого у меня еще не было! Я вновь полез проторенной дорожкой, на сей раз погрузив пару пальцев